Вадим Нестеренко: «Рейдерству нет»

– Больше всего негативных публикаций в СМИ и сплетен касаются темы рейдерства. В рейдерстве обвиняют вас. У обвинителей далеко не всегда есть конкретные аргументы, но шквал таких публикаций зашкаливает.

– Я больше всего на свете ненавижу трусов, лжецов и подлецов. За эти пять лет я уже даже перестал реагировать на то количество грязи и клеветы, которую на меня целенаправленно выливают. Если бы на всё это реагировал, то просто не сумел бы работать, реагирование заняло бы всё время.

Объяснить вам механизм, как рождается клевета? Вот на конкретном примере. Два месяца назад я получил письмо от жителей Спасского, у которых отбирают пастбища, а сельский голова при этом объясняет людям, «что это забирает Нестеренко, это его интересы». Я поехал в село, встретился с инициативной группой, мы вместе нашли голову сельрады, который не пришел на встречу, он от нас сначала прятался. Я ему при всех задал в упор вопрос – какой такой Нестеренко и какую именно землю отбирает? От прямого вопроса при свидетелях председатель уйти не мог, начал что-то там мямлить, мол, сначала он не знал, а потом он ошибся, а теперь уже прозрел и перестал обманывать односельчан «про интересы Нестеренко». Мы с инициативной группой Спасского разобрались в проблеме, знаем сегодня пофамильно всех тех фермеров, которые распахивают пастбища, я помогаю селянам решить эту проблемную ситуацию. Но клевета ведь осталась, она у кого-то не информированного живет где-то там, на окраине сознания. И что вы мне предлагаете? Опровергать эти сплетни?

Я уже много раз говорил и еще раз повторю, обращаясь ко всем этим фальшивым активистам и горлопанам – если вы найдете в своем районе хоть один земельный участок, который «Нестеренко отобрал» – я вам его сразу подарю бесплатно. Берите и пользуйтесь. Но ведь не находят, нет и не может быть таких фактов, есть только ложь и клевета, сознательное распространение гнусных слухов.

Вот вам совсем свежая история. Я очень давно знаю и очень уважаю Анатолия Станиславовича Вуйчицкого, он для меня является легендой и авторитетом. Недавно я планировал приехать к Анатолию Станиславовичу, просить у него помощи и поддержки в работе на округе. И вдруг узнаю, что заслуженный и умнейший человек, оказывается, весь в панике и даже нанял госохрану. Зачем?! Выясняется, что известные мне подонки и негодяи нагло обманули и убедили уважаемого человека в том, что якобы «Нестеренко готовит рейдерский захват». Есть хоть один факт? Нет, есть только подлая ложь.

А давно навязшая в зубах история с «ДАРом». Ей уже сколько? Года четыре, наверное. Уже и ДАРа того толком нет. Те кто вокруг него крутился с, якобы, «помощью», уже разворовали хозяйство, сейчас, как мне стало известно, обманным путем захватываю земельные паи, но всю эту тему уже который год приписывают мне. Дайте факты. Фактов по Нестеренко нет ни одного, зато постоянно всплывают факты, в которых торчат уши то Гайворонского, то каких-то «патриотов-активистов». Я с самого начала предлагал помощь хозяйству – отказались. Не хотите – не надо.

Когда ко мне обращаются с просьбой о помощи, чтобы защитить земли, я откликаюсь всегда. Таких фактов много по Магдалиновскому району, там пытались забрать пастбища, мы отбили, я возил людей на брифинг в Раду, писал запросы Генпрокурору и Гройсману. По Юрьевскому району отбили корпоративные права фирмы «Зоря», есть аналогичные примеры по Новомосковскому району. Все ведь знают эту ситуацию, что областной госкомзем, понимая что командовать землей ему осталось недолго, своими решениями забирает землю у громад и отдает её заинтересованным лицам. Иногда с участием местных советов, иногда вообще по полному беспределу. И все также прекрасно знают, что крышуют наш госкомзем смотрящие от бандитов, но не все знают, что мне уже не раз передавали оттуда приветы и предупреждения, чтобы я «не лез не в свое дело». На такие предупреждения я, извините за выражение, плюю. И если есть хоть какая-то даже непроверенная информация об угрозе по земле, я всегда стараюсь ей поделиться, предупредить людей. Ни разу никому не отказал в помощи, ни разу не скрыл информацию. Я помогаю, а в итоге меня же потом и обвиняют. Я у определенных людей как кость в горле. А знаете почему? Я вам сейчас понятно объясню.

Смотрите, вот-вот в Украине откроется рынок земли, у заинтересованных лиц начнется ажиотаж и толкотня локтями, будут скупать, а в основном – просто по документам красть у селян паи, забирать земли за границами населенных пунктов. Все знают, что в таких историях – я на стороне простых селян, я помогаю людям, а не захватчикам. Вот поэтому они сегодня тратят огромные деньги и огромные усилия, чтобы заранее убрать меня из этих своих завтрашних планов. И я прекрасно знаю, что как только откроется рынок земли – не надо будет никому ничего доказывать, вы сами сразу же и своими собственными глазами увидите и земельных рейдеров во всей их красе, и тех самых псевдо-патриотов, которые громче всех орут, чтобы прикрыть от общества свои подлинные шкурные, а то и бандитские интересы.

Вы вообще обратили внимание на то, как у нас извратили хорошее понятие патриотизм. Довели его до абсурда – тот, кто делает и строит, кто помогает людям – тот плохой, а кто орет с утра до вечера о своем патриотизме и о чужой зраде – тот хороший.

Как по мне, патриотизм – это реальная забота о стране и своей малой родине, это приводить инвесторов и развивать экономику, создавать рабочие места и устойчивые доходы для селян.

Вот вы сами посчитайте, сколько мы с нуля за эти годы построили и открыли на округе предприятий, заводов, ферм. Именно построили, а не отжали с помощью рейдеров. Как вы думаете, почему инвесторы боятся Украины, а к нам на 38 округ идут? Потому, что мы гарантируем им стабильность и защиту. Ведь инвесторы на слово не верят, они сначала всё проверят, а уж потом начинают слушать и оценивать слова.

По самым скромным подсчетам на округе за эти неполные пять лет создано тысячи рабочих мест со стабильной зарплатой и отчислениям налогов в бюджеты громад и районов. Это патриотизм, который строится на делах. А от слов уже порой начинает тошнить.

– А кто, на ваш взгляд, распускает слухи о Нестеренко?

– Я знаю их всех почти поименно. Их не очень много, но они очень активные, поскольку не имеют сегодня работы в начальственных кабинетах. Да и вы их, собственно говоря, знаете или узнаете в ближайшее время. Не пройдет и двух недель, как вы увидите кое-кого из этих людей в списках кандидатов, остальная часть проявится на местных выборах следующего года. Дело в том, что избраться просто так нормальным путем эти люди не могут, люди не будут за них голосовать, их не за что избирать, они не могут предъявить ничего полезного и позитивного. Ведь они посвятили всю свою жизнь не полезным делам, а грязным словам. Они кричат сами и нанимают крикунов в свою обслугу.

Буквально на днях через соцсети ко мне обращается в истерике какая-то активистка с криком, что я «травлю людей в селе Вишневка». При этом я вообще не знаю что это за село, ни одно имеющее ко мне хотя бы косвенное отношение предприятие там не работает.  Я не знаю даже – существует на самом деле такая активиста или это сетевой бот. Но ясно вижу – человек не хочет решать какие-то реальные проблемы, у неё другая задача – врать, обманывать, создавать панику и истерику. У них точный расчет – люди дезориентированы и перестали верить хоть во что-то, и в такой ситуации на первый план выходят сплетни и высосанные из пальца страшные истории. Как говорится, глазам своим не верю, а ушам – верю. Это пройдет, но на это нужно время.

– Но вам ведь есть, что предъявить своим избирателям. В любом случае люди видят и знают, что конкретно поменялось в их городе или селе?

– Да, я лично считаю, что нашей команде удалось сделать очень много по сравнению со всем предыдущим период развития округа и пять, и десять лет назад. Но всё равно физический невозможно накрыть за несколько лет сотни сел и весь округ равномерно. Поэтому я часто слышу такой аргумент: «вот вы сделали им, а нам не сделали, поэтому вы плохой». И все разумные аргументы о том, что я наоборот показал и доказал, что даже в этих сложных условиях можно делать и строить, а значит очередь дойдет и до вас – не работают. Люди хотят всё и сейчас. Это одно, но меня удивляет другое.

Когда от меня требуют конкретных дел, это я понимаю и принимаю, это и есть работа народного депутата от округа. Но я не могу понять другого – наивности многих людей. Я знаком с цифрами уже многих соцопросов, в которых социологи вставляют придуманную фамилию человека, якобы – кандидата от партии Зеленского «Слуга народа». И 30% избирателей говорят, что «знают этого человека» и готовы за него голосовать. Вы понимаете уровень этого абсурда? Как это – осознанно голосовать за вообще несуществующего человека? За мираж, за фантазии?

Но, наверное, мы живем в такое время, когда к такому нужно относиться философски и принимать это как данность.

Я как депутат, счел своим личным долгом, которого нет ни в каких законах про депутатство, открыть благотворительный фонд. Там, где не может помочь бюджет, фонд выделял материальную помощь неимущим, помощь на лечение, вкладывал средства в программы для детей – это экскурсии, соревнования, костюмы и инвентарь для детских спортивных и художественных коллективов. И что в итоге? Каждый раз, когда выделяешь кому-то помощь в одном селе, в другом возмущаются, почему не нам. Но я же не могу одним собой заменить весь государственный или районный бюджет. В итоге оценка такая: тю, почему он мне не помог. Я всегда считал, что если оказал помощь, тебя поблагодарили, а дальше всё – забудь, занимайся делом. А тут получается – ты помог, а в ответ получил залп критики или зависти. Менталитет такой? Наверное.

Мне смешно, когда перед выборами в том же Новомосковске появляется толпа каких-то общественников и кандидатов, которые чуть ли не хором начинают красить забор во дворе. Купив на 50 гривен краски и на 10 гривен кисточку, и при этом потратив 50 тысяч гривен на рекламу своих «благотворительных подвигов», на ту же платную разгонку сюжета в соцсетях типа Фейсбук. Хотя за эти рекламные деньги можно было бы не то что покрасить, а установить десять новых заборов.

– Некоторые из представителей сельской власти, так сказать «низовой бюрократии» вас откровенно боятся, говорят, что вы суровый и конфликтный. Откуда появилось такое мнение?

– Я недавно на досуге присмотрелся к своим коллегам-мажоритарщикам и понял простую истину – если депутат не интересуется округом, ни во что не лезет, никого в спину не подталкивает, чтобы работали быстрее и давали результат, такого депутата даже если и не очень любят, но его не замечают и против него критику не выстраивают. Я так не могу.

Практически сразу после института я пришел в сельское хозяйство, работал, реализовывал свою мечту, создавал агрохолдинг, который сегодня представляет собой большой конгломерат предприятий, там тысячи работников. Это очень большая ответственность перед людьми, поэтому с годами стал серьезней, требовательней, сразу вижу людей дела и людей пустозвонов. И я привык требовать и требую, мне не нужны слезливые рассказы о том, почему «не получается», мне нужны результаты.

Поэтому, когда меня приглашают в сельскую громаду, призывают помочь или развязать какой-то конфликт, я всегда на стороне людей и требую в том числе от местной власти. Возможно, потому некоторые из сельских голов меня побаиваются и демонизируют, рассказывают небылицы. Но если с конкретным сельсоветом и его председателем у нас налажена быстрая и качественная работа, поверьте, я умею и радоваться, и веселится, и улыбаться. Это ведь хорошо и радостно, когда воплощаются задуманные планы.

Я выходец из бизнеса, где люди доверяют не словам и прожектам, а конкретным делам и цифрам. Меня всегда раздражало в политике то, как здесь устроено всё наоборот. Здесь в цене слова и обещания, а не конкретные дела.

Условно говоря, вот вылез депутат на трибуну, криком кричит за простой народ, а потом спускается в зал, спрашивает у коллег «ну, как я? понравился?». И пошел дальше кнопкодавить, решать свои вопросы, надев дорогие пиджак и часы, хотя я точно знаю, что у него никакого бизнеса нет, сам он ничего в жизни не построил, никаких доходов не имеет. Получается, что зарабатывает он на жизнь политиканством, безумной критикой и показушной «заботой о народе».

Я так не умею. Если ради результата мне приходится идти на конфликт, будь то сельский голова или министр, я иду на конфликт. И я добиваюсь результата, а не рассказов о нем. Кому-то это не нравится? Ну, так я и не конфета, чтобы всем нравится.